Карина Багдасарова в гостях у Романа Трахтенберга и Лены Батиновой

Интервью со знаменитой дрессировщицей на радиостанции Маяк 03.10.2008 19:04 в «Шоу Трахты-Барахты».

ТРАХТЕНБЕРГ: У нас в гостях дрессировщица Карина Багдасарова. Здравствуйте, Карина.

БАГДАСАРОВА: Здравствуйте.

ТРАХТЕНБЕРГ: Мы поговорим о тиграх с Кариной. Она нам дала такие буклетики, тигры такие страшные-страшные, а она такая смелая.

БАГДАСАРОВА: Они у нас дикие совершенно.

ТРАХТЕНБЕРГ: А вы им не делаете какие-нибудь прививки, чтобы они были такие аморфные.

БАГДАСАРОВА: Ну а смысл тогда с ними работать?

ТРАХТЕНБЕРГ: А кто же знает-то?

БАГДАСАРОВА: Ну, я знаю.

ТРАХТЕНБЕРГ: Вот я, например, колю Батинову перед эфиром, допинг такой, и она спокойная уже такая, аморфная, делай с ней, чего хочешь.

БАГДАСАРОВА: Нет, вы знаете, Ромочка, вы мне скажите: вы любите безалкогольное пиво?

ТРАХТЕНБЕРГ: Да вы что? Я вообще пиво даже не очень, его сколько выпьешь — все равно не берет. А что?

БАГДАСАРОВА: Ну, просто разница для людей тех, кто пьет нормальное пиво и безалкогольное. Вот кто знает, что ты не пьешь? Вот то же самое.

ТРАХТЕНБЕРГ: Ну, нет. Конечно, похоже так на вид. Карина, а почему ты меня спрашиваешь про безалкогольное пиво?

БАГДАСАРОВА: Потому что вы мне нравитесь, поэтому я вас спрашиваю.

ТРАХТЕНБЕРГ: Спасибо, Карина. А вот, например, у Батиновой не надо спрашивать, она ничего не пьет. Тем не менее, купила себе зеленую машину. Карина, вот знаешь, лучше зайти в клетку с тиграми…

БАГДАСАРОВА: Салатовенькая? Ой, красивенькая.

БАТИНОВА: Она называется фисташковая, но какая-то японская фисташка.

ТРАХТЕНБЕРГ: Ее, то есть, съели сначала, фисташку, а потом вот такой цвет получается романтический. То есть тиграм и не снилось. Кстати, а, может, у тигров есть какие-то предпочтения в цвете? Вот они, может, как быки, на красную тряпку?

БАГДАСАРОВА: Вы знаете, и быки-то на самом деле на красную тряпку не совсем реагируют.

ТРАХТЕНБЕРГ: Я знаю, они просто на движение.

БАГДАСАРОВА: На движение. Но тигры и любые животные, они реагируют на энергетику цвета.

БАТИНОВА: Это как?

БАГДАСАРОВА: То есть ему все равно. Вот мы чувствуем цвета. Синий цвет — это холодный цвет, красный цвет излучает большую энергию, теплую, нет, он даже более агрессивный. И они на это реагируют.

БАТИНОВА: Поэтому вы здесь с Артуром в черных костюмах?

БАГДАСАРОВА: Нет, они не черные, они такие там серо-буро-малиновые. Нет, у нас нет предпочтений, мы работаем во всех цветах совершенно. Причем, я одна из очень немногих в мире дрессировщиц, которая работает в платьях, в юбках длинных. То есть, как принято, все это — бриджи, сапоги, — чтобы нигде ничего не болталось. А я очень такая наглая, я им еще юбочками так перед носом помахиваю.

ТРАХТЕНБЕРГ: А вот тигры любят играть? Это же как кошки они?

БАГДАСАРОВА: Как кошки, конечно.

ТРАХТЕНБЕРГ: Нет, еще есть такой камышовый кот, знаете такого? Он, по-моему, самый злой такой, самый злобный.

БАГДАСАРОВА: Самый злобный такой. Он живет в камышах.

ТРАХТЕНБЕРГ: И маленький. Он маленький, но злобный такой, уж будьте здрасьте.

БАТИНОВА: А где он живет?

ТРАХТЕНБЕРГ: Я тебя как-нибудь отведу в зоопарк, я тебе покажу, где он живет в камышах.

БАТИНОВА: Но он такого размера, как тигр, да?

ТРАХТЕНБЕРГ: Нет, он такой махонький.

БАГДАСАРОВА: Там в зоопарке специально выращиваются камыши, и там живет кот.

БАТИНОВА: Так, вы что-то меня дурите, по-моему…

ТРАХТЕНБЕРГ: Он такой маленький котик. Это анекдот есть такой, когда встречаются два друга, и один говорит: никак жену свою извести не могу. А другой говорит: а ты, как я, ты купи ей какую-нибудь спортивную машину, и она разобьется к чертовой матери, они же не умеют ездить. Встречаются на следующий день, он говорит: купил ей «Мерседес» спортивный, бах она в стенку — жива, сработали подушки безопасности. Сегодня купил ей «БМВ», посмотрим, что будет. Встречаются на следующий день, спрашивает: что? Говорит: «БМВ» в хлам вообще, ничего не осталось, а она жива. Тот говорит: ну, слушай, попробуй «Ягуар», например. Встречаются на следующий день, говорит: спасибо, надо было сразу ей купить ягуара, он ее прямо в гараже разорвал. Так вот. А они играют, большие вот такие тигры?

БАГДАСАРОВА: Вы знаете, играют они в игры, но это очень опасные игры.

ТРАХТЕНБЕРГ: Они между собой играют?

БАГДАСАРОВА: Между собой они очень серьезно играют, и никогда не знаешь, когда заканчивается грань игры и начинается драка. То есть всегда надо быть начеку.

ТРАХТЕНБЕРГ: Они дерутся между собой?

БАГДАСАРОВА: Они очень сильно дерутся, потому что у нас на 13 метров, которые заключает в себе манеж, 13 метров в диаметре, находятся 8 самцов. Ну, и представьте себе, они все такие у нас большие, крупные уссурийские тигры, и если они по Сибири там у себя в тайге ходят, у них там 40 квадратных километров территория, а здесь им на восемь — 13 метров.

БАТИНОВА: Они от этого злее становятся, да?

БАГДАСАРОВА: Они злее становятся, и постоянно у них соперничество такое.

ТРАХТЕНБЕРГ: Только самцы между собой?

БАГДАСАРОВА: Ну, у нас из самок только я и одна девочка, которая девственница у нас до сих, ей уже 10 лет.

ТРАХТЕНБЕРГ: В смысле тигрица? Тоже тигрица, как и вы. Так, и чего? И они ее не трогают, нет?

БАГДАСАРОВА: А она не дается.

ТРАХТЕНБЕРГ: Молодец какая девочка. Вот таких надо, мне кажется, в детстве сразу душить как бы…

БАГДАСАРОВА: Ну, нет, они ее поддирают, конечно, они ей мстят, потому что развивается совсем ненужная направленность среди животных.

ТРАХТЕНБЕРГ: А развивается, да?

БАГДАСАРОВА: Ну, а вы как думали?

ТРАХТЕНБЕРГ: «6,5 процентов зверей и 7 процентов людей и иных представителей человеческой расы»… а там дальше слово какое-то очень нехорошее, там пелось в конце. Слушай, Карина, подожди, а самцы не дружат между собой?

БАГДАСАРОВА: Не дружат они, нет.

ТРАХТЕНБЕРГ: Не бывает такого, да? Ну, если бы было их не 13, а двое, они могли бы дружить?

БАГДАСАРОВА: По-разному. У нас есть два брата. Вы понимаете, сложность какая, у нас постоянно животные вливаются. Там, предположим, один постарел, ушел на пенсию, вводим новое поколение. И получается, как в армии, знаете, эти еще духи, а там уже деды, уже деваться некуда.

ТРАХТЕНБЕРГ: Подождите, а вот эти два брата-то, они дружат?

БАГДАСАРОВА: Они дружат, да. Но тоже до поры до времени, там у них сюськи-пуськи, они играют-играют, но когти начинают выпускать, и начинается драка.

БАТИНОВА: У них же нет родства, у животных, да?

БАГДАСАРОВА: У них нет ничего, тигры не привязаны ни к кому совершенно, они настолько одиночки. И вот даже я выращиваю, мне порой так обидно, бессонные ночи, у меня такое количество этих детенышей выращено, и уже они вырастают, им по два-три года, начинается половое созревание, и все, они совершенно забыли, кто есть их мама, ну в смысле я.

Скачать полное интервью: